\documentclass[a4paper]{panl}
\usepackage{cite}
\usepackage{wrapfig}
\usepackage{graphicx}
\usepackage{amssymb}
\usepackage{amsfonts}
\usepackage{amsmath}
\usepackage{longtable}
\usepackage{rotating}
\usepackage{lscape}
\usepackage{epsfig}
\usepackage{multirow}


\originalTeX
%\russianTeX
\begin{document}
% Journal sections (see http://pkp.jinr.ru/index.php/PEPAN_LETTERS/about/editorialPolicies#focusAndScope)
%\issuearea{Physics of Elementary Particles and Atomic Nuclei. Theory}
% or in Russian
\issuearea{ФИЗИКА ЭЛЕМЕНТАРНЫХ ЧАСТИЦ И АТОМНОГО ЯДРА. ЭКСПЕРИМЕНТ}

\title{Перспективы исследования рождения гиперонов и гиперядер в эксперименте MPD на ускорительном комплексе NICA.}
\maketitle
%\authors{V.\,Kolesnikov$^{a,}$\footnote{E-mail: kolesnik@jinr.ru},
%V.\,Vasendina$^{a,}$\footnote{E-mail: veron@jinr.ru}, A.\,Zinchenko$^{a,}$\footnote{E-mail: Alexander.Zinchenko@jinr.ru}}
\setcounter{footnote}{0}
\authors{В.И.\,Колесников$^{a,}$\footnote{E-mail: kolesnik@jinr.ru},
В.А.\,Васендина$^{a,}$\footnote{E-mail: veron@jinr.ru}, А.И.\,Зинченко$^{a,}$\footnote{E-mail: Alexander.Znchenko@jinr.ru}}
%\from{$^{a}$\,Joint institute for nuclear research, Dubna, Russia}
\from{$^{a}$\,Объединенный институт ядерных исследований, Дубна}
%\from{$^{b}$\,Affiliation 2}
%\from{$^{b}$\,Место работы автора 2}

\begin{abstract}
% Russian translation of the abstract
Столкновения релятивистских ядер предоставляет уникальную возможность изучения фазовой диаграммы сильно
взаимодействующей материии. Новые данные о выходах, спектрах и временах жизни гиперонов и гиперядер позволит
раскрыть многие аспекты динамики ядро-ядерных столкновений вследствие их зависимости от характера фазовых
превращений и уравнения состояния в среде, а также от вида гиперон-нуклонных потенциалов при больших плотностях.
Исследование рождения странных частиц будет играть важную роль в физической программе эксперимента MPD на
ускорительном комплексе NICA, поэтому изучение характеристик детектора по реконструкции гиперонов и гиперядер
является важной задачей на текущем этапе реализации проекта.\

%\vspace{0.2cm}
%Collisions of relativistic nuclei offer the unique possibility for the study properties of the strongly interacting
%matter phase diagram. New data on spectra, yields, and lifetimes of hyperons and hypernucleis allow unveiling many
%aspects of the dynamics of nucleus-nucleus interactions, since their sensitivity to phase transformations, equation
%of state, as well as to hyperon-nucleon potentials in dense medium. The study of the production of strange
%particles plays and essential role in the MPD experiment physics program, thus, estimation of the detector
%performance for the reconstruction of hyperons and hypernuclei is a crucial task at the current project realization
%stage.        

\end{abstract}
\vspace*{6pt}

\noindent
PACS: 25.75.-q 25.75.Nq 14.20.Jn 13.75.Ev

\label{sec:intro}
\section*{Введение}
Основной целью программы с тяжелыми ионами на ускорительном комплексе NICA является исследование свойств сильно
вза\-имо\-дей\-ству\-ющей материи при высокой тем\-пе\-ра\-ту\-ре и барионной плотности~\cite{nica}.
%Теория сильных взаимодействий – Квантовая ХромоДинамика (КХД) пред\-ска\-зы\-ва\-ет, что 
В реакциях столкновения тяжелых ядер с энергиями несколько ГэВ на нуклон плотность энергии в центре области
взаимодействия пре\-вы\-ша\-ет пороговое значение 
для фазового перехода в состояние свободных кварков и глюонов – кварк-глюонную плазму (КГП)~\cite{ivanov_toneev}. При
значениях тем\-пе\-ра\-ту\-ры в среде 150-200 МэВ рождение странных кварков становится энергетически 
выгодным,
%принимая во внимание значительное заполнения фазового пространства для легких ($u,d$) кварков.
%Более того,
а с учетом динамики глюон-глюонных вза\-имо\-дей\-ствий химическое рав\-но\-ве\-сие по ароматам кварков может быть
достигнуто в фазе КГП за промежуток времени, сравнимый со временем жизни файербола~\cite{strange_first}. Высокая
плотность рожденных странных кварков в КГП должна приводить к повышенному выходу гиперонов, поэтому рождение странных частиц, включая гипероны, считается одним их наибо\-лее пер\-спек\-тив\-ным индикатором фазового перехода деконфайнмент. %причем степень возрастания выходов гиперонов относительно нуклон-нуклонных взаимодейстий
%(\textit{strangeness enhancement - SE}) пропорционально количеству (анти)странных кварков в составе гиперона.
По\-вы\-шен\-ный выход странных адронов в столк\-но\-ве\-ни\-ях тяжелых ионов по отношению к эле\-мен\-тар\-ным реакциям 
действительно был обнаружен экспериментально в широкой области энергий столкновения~\cite{strange_enhance}.
Однако, несмотря на значительный объем данных о рождении гиперонов в 
столкно\-ве\-ни\-ях ядер, общепринятой интерпретации эффекту повышенного выхода странности на данный момент нет.
Альтернативные объяснения данному эффекту без привлечения фазы КГП были даны в расчетах в рамках статистической термальной модели~\cite{canon_suppres}
или в рамках т.н. \textit{core-corona} подхода~\cite{strange_core_corona},
%, в котором источник частиц представляется состоящим из двух
%частей: 1) центральной плотной и горячей области с коллективным поведением конституентов и в которой рождение
%частиц описывается в рамках статистической термальной модели - \textit{core}; 2) периферийной разряженной области,
%образованной в результате комбинаций независимых нуклон-нуклонных столкновений - 
%\textit{corona}~\cite{strange_core_corona}. В данных подходах существенно, что
где интенсивные термодинамические параметры ис\-точ\-ни\-ка частиц (температура и бариохимический потенциал) оп\-ре\-де\-ля\-ются
энергией и центральностью столкновения. Несмотря на значительное количество альтернативных объяснений эффекту
повышенного выхода странности, считается, что если фазовый переход деконфайнмент и об\-ра\-зо\-ва\-ние смешанной фазы
адронного газа и КГП происходит в некотором диапазоне энергии и/или центральности столкновения, то это должно
приводить к заметному изменению в динамике эволюции файербола. Изменение в динамике реакции должно, в свою очередь, отражаться в значениях тер\-мо\-ди\-на\-ми\-ческих параметров источника
частиц, которые оп\-ре\-де\-ляются в анализе выходов адронов и рас\-пре\-де\-ле\-ний частиц по поперечному импульсу. Изучение рождения странных
частиц занимает одно из важных мест в физической программе эксперимента MPD на ускорительном комплексе NICA, а новые данные по выходам
гиперонов при различных энергиях столкновения и размерах сталкивающихся систем позволят значительно расширить наши представления о динамике ядро-ядерных столкновений и свойствах плотной барионной материи. 

Так как гиперядра это ядерные системы, состоящие из нуклонов и гиперонов, то процесс их образования в реакциях столкновения ядер определяется гиперон-нуклонными корреляциями в фазовом
пространстве реакции и величиной нуклон-гиперонных потенциалов в плотной барионной материи~\cite{hypernucl_qgp}. Последнее обстоятельство имеет фундаментальное значение для
современной астрофизики, так как появление гиперонных степеней свободы ожидается в нейтронных звездах~\cite{neutr_star}, а их вклад в результирующее уравнение состояние плотной ядерной материи (и, следовательно, основных характеристик звезд) определяется величиной $\Lambda$N потенциалов.
Новые экспериментальные данные по выходам, энергиям связи и временам жизни гиперядер могут дать важную информацию о характере взаимодействий между нуклонами и гиперонами в плотной барионной
материи. Область энергии ускорителя NICA является очень перспективной для таких
ис\-сле\-до\-ва\-ний, так как в столкновениях ядер при энергиях NICA образуется материя с максимальной плотностью барионного заряда. Кроме этого, статистические термальные модели предсказывают максимум для выходов (гипер)ядер в этом диапазоне энергий~\cite{nica_predictions}.

Основная цель данной работы заключается в изучении характеристик детектора MPD по реконструкции гиперонов
($\Lambda, \Xi$) и гипертритона ($^3_{\Lambda}$H) в столкновениях Bi+Bi в различных интервалах по центральности стол\-кно\-ве\-ния.
%============================= Fig. 1 ================================
\begin{figure}[t]
\begin{center}
\includegraphics[width=65mm]{fig_1.png}
%\includegraphics[width=100mm]{fig_1.eps}
\vspace{-3mm}
\caption{Схема детектора MPD на ускорительном комплексе NICA.}
\end{center}
\labelf{mpd_setup}
\vspace{-5mm}
\end{figure}
%============================= Fig. 1 ================================

\label{sec:mpd}
\section*{Многофункциональный детектор MPD}
Многофункциональный детектор MPD (MultiPurpose Detector) пред\-наз\-на\-чен для реконструкции реакций столкновения
тяжелых ионов на ускорительном комплексе NICA. Все подсистемы детектора (см. рис.~\ref{mpd_setup}) располагаются
внутри сверхпроводящего со\-ле\-но\-ида, генерирующего ак\-си\-аль\-ное магнитное поле величиной
до 0.6~Т. Ци\-лин\-дри\-чес\-кая время-проекционная камера TPC (Time-Projection Chamber) с системой ре\-ги\-стра\-ции на
основе многопроволочных про\-пор\-ци\-ональ\-ных камер с па\-до\-вы\-ми счи\-ты\-ва\-ющи\-ми элементами предназначена для
измерения тра\-ек\-то\-рий заряженных частиц. Импульс частицы $p$ определяется по кривизне тра\-ек\-то\-рии в магнитном поле с
точностью   $\Delta p/p < 3\%$ в интервалах по псевдобыстроте $|\eta|< 1.5$ и поперечному импульсу
$0.1 < p_T < 3$~ГэВ/$c$. TPC позволяет идентифицировать частицы с помощью ин\-фор\-ма\-ции
о величине ионизационных потерь d$E$/d$x$ в газе, для разрешения по d$E$/d$x$ порядка 8\% значение импульса для 3$\sigma$ $\pi/K$ и $K$/p разделения составляет 0.6 ГэВ/$c$ и 1.0 ГэВ/$c$, соответственно. Время-пролетная система TOF состоит из детекторных элементов типа MRPC (Multi-gap Resistive Plate Chamber), обладающих временным разрешением 60~пс. Полное временное разрешение TOF с учетом разрешения стартового детектора FD составляет 80~пс. Это позволяет провести $\pi/K$ и $K$/p дискриминацию на уровне 3$\sigma$ для частиц с импульсами до 1.2~ГэВ/$c$ и 2.5 ГэВ/$c$, соответственно. Сразу после TOF расположен электромагнитный калориметр ECAL для регистрации электронов и
гамма-квантов. Он состоит из 38000 отдельных модулей, собранный из слоев свинца и сцинтиллятора со све\-то\-сме\-ща\-ющи\-ми
волокнами для съема сигнала. Энергетическое разрешение ECAL для электронов
с энергией 1 ГэВ равно 5\%. Передний адронный калориметр FHCAL предназначен для измерения энергии нуклонов-спектаторов,
а величина энерговыделения и его азимутальное распределение позволяет определять центральность столкновения и
ориентацию плоскости реакции. Более подробное описание компонентов детектора MPD можно найти в
работе~\cite{mpd_nim}.

\begin{figure}[t]
 \begin{minipage}[h]{0.5\linewidth}
    \includegraphics[width=67mm,angle=0]{dEdx_PHQMD2021.eps}
 \end{minipage}
 \begin{minipage}[h]{0.45\linewidth}
   \includegraphics[width=67mm,angle=0]{m2Toq2.png}      
 \end{minipage}
 \caption{Зависимость ионизационных потерь d$E$/d$x$ и $m^2$ от величины $p/q$. Красными линиями показаны области
 выделения частиц различных сортов.}
 \label{pid}
\end{figure}

\label{sec:mpd}
\section*{Анализ гиперонов и гиперядер в эксперименте MPD}
Для исследования характеристик детектора MPD по реконструкции гиперонов и гиперядер использовалась программная
оболочка MPDRoot~\cite{mpdroot}, которая предоставляет интерфейсы для широкого набора генераторов событий, обеспечивает методы детального геометрического описания всех элементов детектора, а также реализует процесс моделирования прохождения частиц через вещество детектора на основе программного пакета GEANT4. Кроме этого,  MPDRoot содержит библиотеки для описания откликов
детектирующих элементов установки и для реконструкции событий. В качестве генераторов событий ис\-поль\-зо\-ва\-лись модель UrQMD для анализа выходов гиперонов и модель PHQMD для гиперядер. В анализе мо\-де\-ли\-ро\-ва\-лось $5\cdot10^7$ и $4\cdot10^7$ событий Bi+Bi при энергии столкновения $\sqrt{s_{NN}}=9.2$~ГэВ для
моделей UrQMD и PHQMD, соответственно. Центральность столкновения определялась по мно\-жест\-вен\-ности восстановленных
в TPC треков в рамках приближений Монте-Карло версии модели Глаубера~\cite{centrality}. События груп\-пи\-ро\-ва\-лись в несколько интервалов по
центральности в зависимости от множественности реконструированных в ТРС частиц. В каждом событии вос\-ста\-нов\-ле\-ние траекторий заряженных частиц в TPC, определение значения импульса, а также нахождение первичной вершины столкновения выполнялось с помощью метода фильтра Кальмана, подробное описание используемых при реконструкции процедур можно найти в работе~\cite{mpdroot}. При экстраполяции треков на плоскости
TOF и ECAL детекторов, и в случае если экстраполяция совпадает с координатами хита в данных системах, к
информации о компонентах импульса и иони\-за\-ци\-он\-ных потерях для трека добавляются данные о времени пролета из TOF
и о величине энерговыделения в ECAL. Ком\-би\-ни\-руя информацию о полном импульсе частицы, времени пролета и длине
трека от вершины до точки регистрации в TOF определялся квадрат массы частицы.
Иден\-ти\-фи\-ка\-ция частиц выполнялась по величине иони\-за\-цион\-ных потерь в газе TPC и по квадрату массы с TOF; сорт частицы считается определенным, если значения d$E$/d$x$ и $m^2$ лежат в
интервалах $\pm 3\sigma$ от номинальных значений, которыми являются квадрат массы покоя частицы и значение иони\-за\-ци\-он\-ных потерь согласно распределению Бетте-Блоха. На рис.~\ref{pid} представлены распределения d$E$/d$x$ и $m^2$ в зависимости от величины $p/q$ (\textit{rigidity}), красными
линиями показаны идентификационные области для адронов и легких ядер.

\begin{figure}[t]
 \begin{minipage}[h]{0.5\linewidth}
    \includegraphics[width=65mm,angle=0]{Lambda_ptspec.png}
 \end{minipage}
 \begin{minipage}[h]{0.45\linewidth}
   \includegraphics[width=65mm,angle=0]{Xi_pT1_15.png}      
 \end{minipage}
 \caption{Левая панель: распределение по инвариантной массе для пар ($p,\pi^-$). Данные показаны символами, линией
 показан результат фитирования суммой распределения Гаусса и полиномом. Правая панель: распределение по инвариантной массе для пар ($\Lambda,\pi^-$).}
 \label{hyper_inv}
\end{figure}

Реконструкция $\Lambda-$гиперонов проводилась по моде распада $\Lambda\rightarrow p + \pi^-$. Для всех пар
идентифицированных в событии пионов и протонов определялось (путем экстраполяции в вершину) положение мак\-си\-маль\-но\-го
сближения траекторий, т.е. потенциальная вершина распада. Для умень\-ше\-ния доли случайных комбинаций (комбинаторного
фона), для всех пар при\-ме\-ня\-лись специально подобранные критерии отбора, на\-зы\-ва\-емые топологическими катами.
В число этих критериев входят: а) условие по минимальному расстоянию между траекториями дочерних частиц в вершине
распада - Distance of Closest Approach (DCA); б) условие по величине DCA при экстраполяции дочерних треков в
основную вершину взаимодействия; в) условие по величине угла между направлением им\-пуль\-са гиперона и вектором
соединяющим первичную и вторичную вер\-ши\-ны; г) ограничение по минимальному расстоянию между первичной и вторичной
вершинами. Для всех отобранных пар дочерних (распадных) частиц рассчитывается инвариантная масса материнской
частицы, в ка\-чест\-ве примера на рис.~\ref{hyper_inv} (левая панель) представлены результаты анализа для интервала $2.5<p_T<4$~ГэВ/$c$. После реконструкции и селекции Лямбда-гиперонов в каждом событии
про\-во\-дил\-ся анализ для каскадного гиперона $\Xi^-$ по моде распада $\Xi^-\rightarrow \Lambda + \pi^-$. Кандидаты
Лямбда-гиперона для смешивания с пионами определялись по значению инвариантной массы, лежащей в интервале $\pm 5\sigma$
относительно номинального значения, а топологические критерии отбора аналогичны описанным выше критериям а)-г).
На рис.~\ref{hyper_inv} (правая панель) показано распределение по инвариантной массе для пар ($\Lambda,\pi^-$)
в интервале $1.0<p_T<1.5$~ГэВ/$c$. Реконструкция ги\-пер\-три\-то\-нов выполнялась по моде распада
$^3_{\Lambda}{\rm H}\rightarrow$ $^3$He+$\pi^-$ для пар иден\-ти\-фи\-ци\-ро\-ван\-ных ядер гелия и отрицательно заряженных
пионов и с условиями отбора, аналогичным а)-г). Распределение по инвариантной массе для каждого сорта гиперона
и гиперядра в каждом $p_T$-интервале представляет собой ком\-би\-на\-цию истинных пар из распадов ("сигнал") и
случайные ком\-би\-на\-ции - ("фон"), поэтому распределение фитировалось суммой рас\-пре\-де\-ле\-ния Гаусса
для сигнала и полиномом для фона. Ве\-ли\-чи\-на сигнала определялась суммированием числа отсчетов гистограммы в
интервале $\pm 5\sigma$ относительно пика распределения Гаусса и вычитанием из результата интеграла функции для
фона в том же интервале. Ре\-зуль\-ти\-ру\-ющее число
отсчетов в каждом бине по поперечному импульсу корректировалось на полную эффективность, которая включает в себя
аксептанс установки, вероятность распада по данному каналу (branching), а также учет потерь при идентификации
частиц и при отборе пар частиц по топологическим катам. На рис.~\ref{hyper_eff} представлены эффективности
реконструкции Лямбда-гиперонов (левая панель) и Кси-минус гиперонов (правая панель) как функция поперечного
импульса для нескольких ин\-тер\-ва\-лов по центральности столкновения. 
\begin{figure}[t]
 \begin{minipage}[h]{0.5\linewidth}
    \includegraphics[width=65mm,angle=0]{effL0_10_40_60.png}
 \end{minipage}
 \begin{minipage}[h]{0.45\linewidth}
   \includegraphics[width=65mm,angle=0]{Xi_eff_50M_log.png}      
 \end{minipage}
 \caption{Левая панель: эффективность реконструкции Лямбда-гиперонов как функция поперечного импульса для двух интервалов по центральности столкновения. Правая панель: эффективность реконструкции Кси-минус гиперонов как функция поперечного импульса в интервалах по центральности.}
 \label{hyper_eff}
\end{figure}

На рис.~\ref{ptspec} (левая панель) показаны инвариантные $p_T$-распределения Лямбда-гиперонов для Bi+Bi столкновений при $\sqrt{s_{NN}} = 9.2$~ГэВ. Спектры получены для интервала быстроты (в системе центра масс) $|y|<0.5$ и всех интервалов по центральности столкновения. Ре\-кон\-струи\-ро\-ван\-ные распределения показаны сплошными символами, пус\-ты\-ми сим\-во\-ла\-ми показаны исходные распределения из модели. Как видно из рисунка, совпадение между реконструированными и модельными спектрами до\-ста\-точ\-но хорошее во всех бинах по центральности. На правой панели  рис.~\ref{ptspec} представлены результаты реконструкции $p_T$-спектров для Кси-минус
ги\-пе\-ро\-нов. Согласие между реконстрированными данными и мо\-делью также весьма хорошее. 

\begin{figure}[t]
 \begin{minipage}[h]{0.5\linewidth}
    \includegraphics[width=65mm,angle=0]{Lambda_pT_spectrum.png}
 \end{minipage}
 \begin{minipage}[h]{0.45\linewidth}
   \includegraphics[width=65mm,angle=0]{Xi_pTspectr.png}      
 \end{minipage}
 \caption{Левая панель: $p_T$-спектры Лямбда-гиперонов для Bi+Bi столкновений при $\sqrt{s_{NN}} = 9.2$~ГэВ для различных интервалов по центральности. Ре\-кон\-струи\-ро\-ван\-ные распределения показаны сплошными символами, пустыми символами показаны исходные распределения из модели. Правая панель: $p_T$-спектры Кси-минус гиперонов для различных интервалов по центральности.}
 \label{ptspec}
\end{figure}

Согласно стандартному способу определения времени жизни, выходы нестабильных частиц в интервалах по величине собственного времени $\tau$ спадают экспоненциально согласно уравнению~(\ref{eq2}) с параметром наклона $\tau_0$ 
равным времени жизни
\begin{equation}
N(\tau) = N(0)\exp\left(-\frac{\tau}{\tau_0}\right) = N(0)\exp\left(-\frac{ML}{cp\tau_0}\right),     
\label{eq2}
\end{equation}
где $\tau=t/\gamma$ это собственное время, $\gamma=  1/\sqrt{1-(v/c)^2}$, $v$ - скорость, $L$ - распадная длина,
$p$ - полный импульс, $M = 2.991$~GeV/$c^2$ - масса покоя гипертритона. Анализ выходов гипертритонов проводился в нескольких бинах по $\tau$ в интервале \mbox{[0.1--1.5]}~наносекунд. В качестве примера на рис.~\ref{hypernucl} (левая панель) показано распределение по инвариантной массе для пар ($^3$He,$\pi^-$) в интервале $\tau =[0.1,0.3]$~нс. Скорретированное на эффективность реконструкции гипертритонов распределение для полного интервала представлено на рис.~\ref{hypernucl} (правая панель) в виде гистограммы. Фит полученного распределения согласно уравнению~(\ref{eq2}) показан на ри\-сун\-ке линией. Параметр наклона `p1' (время жизни) $265 \pm 4$~пикосекунд хорошо согласуется с теоретическим значением из модели равным 263~пс.
\begin{figure}[t]
 \begin{minipage}[h]{0.5\linewidth}
    \includegraphics[width=65mm,angle=0]{hypertr_inv.png}
 \end{minipage}
 \begin{minipage}[h]{0.45\linewidth}
   \includegraphics[width=65mm,angle=0]{hypertr_lifetime.png}      
 \end{minipage}
 \caption{Левая панель: распределение по инвариантной массе для пар ($^3$He,$\pi^-$) в интервале 
 $\tau =[0.1,0.3]$~нс. Правая панель: Распределение по числу зарегестрированных гипертритонов в бинах по
 собственному времени $\tau$. Синяя и красная гистограммы представляют исходное и реконструированное распределения,
 соответственно, линией показан фит согласно уравнению~(\ref{eq2}).}
 \label{hypernucl}
\end{figure}
%expected to be $5\cdot 10^{25}$~cm$^{-2}$c$^{-1}$.
В заключении, согласно полученным на основе моделирования оценкам эффективности детектора MPD
для гипертритонов и предсказаниям модели по выходам гиперядер ожидается регистрация порядка $10^3$ гипертритонов за
одну неделю набора данных в реакциях столкновения Bi+Bi при энергии $\sqrt{s_{NN}}=9$~ГэВ и светимости
$L\approx 10^{25}$~см$^{-2}$с$^{-1}$.

\section*{Заключение}
Физическая программа эксперимента MPD на создаваемом ус\-ко\-ри\-тель\-ном комплексе NICA направлена на изучение фазовой
диаграммы сильно взаимодействующей материи в области максимального значения барионной плотности. 
Много\-фун\-кцио\-наль\-ный детектор MPD ориен\-ти\-ро\-ван на выполнение широкой программы исследований, включая из\-ме\-ре\-ние выходов гиперонов и гипер\-ядер в ядро-ядерных столкновениях. Полученные на основе реалистичного моделирования
детектора ре\-зуль\-та\-ты по реконструкции гиперонов и гипер\-ядер демонстрируют хорошие перспективы MPD по измерению выходов странных частиц в стол\-кно\-ве\-ниях ядер.

%\nocite{*}
%\bibliographystyle{pepan}
%\bibliography{maikbibl}
% Bibliography automatically generated via BibTeX (see template_bibtex.tex)

\begin{thebibliography}{1}
\def\selectlanguageifdefined#1{
\expandafter\ifx\csname date#1\endcsname\relax
\else\selectlanguage{#1}\fi}
\providecommand*{\href}[2]{{\small #2}}
\providecommand*{\url}[1]{{\small #1}}
\providecommand*{\BibUrl}[1]{\url{#1}}
\providecommand{\BibAnnote}[1]{}
\providecommand*{\BibEmph}[1]{\emph{#1}}
\ProvideTextCommandDefault{\cyrdash}{\hbox to.8em{--\hss--}}
\providecommand*{\BibDash}{\ifdim\lastskip>0pt\unskip\nobreak\hskip.2em\fi
\cyrdash\hskip.2em\ignorespaces}

\bibitem{nica}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Kekelidze V.D. et al.} {Three stages of the NICA accelerator complex.} {\em Eur. Phys. J. A}
\newblock 2016. %\BibDash
\newblock V.~52. %\BibDash
\newblock P.~211. %\BibDash

\bibitem{ivanov_toneev}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Ivanov Yu.B, Russkikh V.N and Toneev V.D.} {Relativistic heavy-ion collisions within three-fluid hydrodynamics: Hadronic scenario.} {\it Phys. Rev. C}
\newblock 2006. %\BibDash
\newblock V.~73. %\BibDash
\newblock P.~044904. %\BibDash

\bibitem{strange_first}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Koch P., Muller B. and Rafelski J.} {Strangeness in Relativistic Heavy Ion Collisions.} {\it Phys. Rep.}
\newblock 1986. %\BibDash
\newblock V.~142. %\BibDash
\newblock P.~167. %\BibDash

\bibitem{strange_enhance}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Koch P., Muller B. and Rafelski J.} {From strangeness enhancement to quark–gluon plasma discovery.} {\it International Journal of Modern Physics A}
\newblock 2017. %\BibDash
\newblock V.~32. %\BibDash
\newblock P.~1730024–272. %\BibDash

\bibitem{canon_suppres}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Redlich K. and Tounsi A.} {Strangeness enhancement and energy dependence in
heavy ion collisions.} {\it Eur. Phys. J. C}
\newblock 2002. %\BibDash
\newblock V.~24. %\BibDash
\newblock P.~589. %\BibDash

\bibitem{strange_core_corona}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Aichelin J. and Werner K.} {Centrality dependence of strangeness enhancement in ultrarelativistic heavy ion collisions: a core-corona effect.} {\it Phys. Rev. C}
\newblock 2009. %\BibDash
\newblock V.~79. %\BibDash
\newblock P.~064907. %\BibDash

\bibitem{hypernucl_qgp}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Zhang S. et al} {Searching for onset deconfinement via hypernuclei baryon-strangeness correlations.} {\it Phys. Lett. B}
\newblock 2010. %\BibDash
\newblock V.~684. %\BibDash
\newblock P.~224. %\BibDash

\bibitem{neutr_star}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Lattimer J.M. and Prakash, M.} {The physics of neutron stars.} {\it Science}
\newblock 2004. %\BibDash
\newblock V.~304. %\BibDash
\newblock P.~536. %\BibDash

\bibitem{nica_predictions}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Steinheimer, J. et al} {Hypernuclei, dibaryon and antinuclei production in high energy heavy ion collisions: Thermal production vs. coalescence.} {\it Phys. Lett. B}
\newblock 2012. %\BibDash
\newblock V.~714. %\BibDash
\newblock P.~85. %\BibDash

\bibitem{mpd_nim}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Abgaryan, V.; et al.} {Status and initial physics performance studies of the MPD experiment at NICA.} {\it Eur. Phys. J. A}
\newblock 2022. %\BibDash
\newblock V.~58 %\BibDash
\newblock P.~140. %\BibDash

\bibitem{mpdroot}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Gertsenberger K., Merts S., Rogachevsky O., and Zinchenko A.} {Simulation and analysis software for
the NICA experiments.} {\it Eur. Phys. J. A}
\newblock 2016. %\BibDash
\newblock V.~52 %\BibDash
\newblock P.~214. %\BibDash

\bibitem{centrality}
\selectlanguageifdefined{english}
\BibEmph{Petr Parfenov et al.} {Relating Charged Particle Multiplicity to Impact Parameter in Heavy-Ion Collisions at NICA Energies.} {\it Particles}
\newblock 2021. %\BibDash
\newblock V.~4 %\BibDash
\newblock P.~275--287 %\BibDash

\end{thebibliography}

\end{document}
